26 апреля мир вспоминает величайшую техногенную катастрофу ХХ века – аварию на Чернобыльской АЭС. Для тех, кто своими руками 40 лет назад устранял последствия взрыва, эта дата навсегда останется днем скорби и памяти. О суровых буднях на «атомном фронте» и о том, за что ветераны-ликвидаторы вынуждены бороться сегодня, корреспонденту Vestnik19.kz рассказал председатель общественного объединения «Ветераны и инвалиды Чернобыля области Жетісу» Хусайын Мустафа.
Спецнабор в неизвестность
Призыв на ликвидацию аварии проходил в режиме строжайшей секретности. По словам Хусайына Мустафы, в то время систему интересовали не люди, а исключительно темпы работ.
— О том, что нас призвали спецнабором именно в Чернобыль, скрывали до последнего, – вспоминает руководитель объединения. – Я призывался военкоматом в селе Карабулак. Медкомиссию проходили формально. А ведь отправлять человека со слабым здоровьем под облучение – значит обрекать его на гибель. Радиация бьет по самым уязвимым местам, и именно из-за такой халатности многие наши товарищи преждевременно ушли из жизни.
Призывников немедленно переодели в военную форму и отправили в 27-й полк химической защиты (в/ч 20040) Среднеазиатского военного округа. База дислоцировалась в селе Новоселки Гомельской области (Беларусь), у памятника сожженной деревне Зеленый Гай. Это всего в 18 километрах от райцентра Хойники и в 62 километрах по прямой от самой ЧАЭС.
«Земля, закопанная в землю»
Служба ликвидаторов была похожа на затяжное сражение с невидимым врагом. Ежедневно, сменяя друг друга, бойцы выезжали в зону отчуждения. Работа велась по законам военного времени – без выходных и праздников.
— Основной нашей задачей была дезактивация, – рассказывает ветеран. – Это изнурительный процесс, когда буквально каждый сантиметр земли и строений нужно было очистить от радиации. Мы снимали верхний, «фонящий» слой почвы, грузили его на спецмашины и увозили в могильники. Это была «земля, закопанная в землю».
Работа кипела круглосуточно. Целые деревни разбирались по бревнам; вещи, бытовая техника, мебель – все, что впитало радиацию, уходило в глубокие траншеи и засыпалось слоями грунта.
— Психологическое давление было колоссальным, – признается Хусайын Мустафа. – Когда переступаешь границу зоны – словно попадаешь в мертвый мир. Организм безошибочно чувствовал радиацию: в висках сильно пульсировало давление, в ушах стоял специфический металлический звук. Мы понимали риск, но знали: территорию вокруг станции нужно вычистить любой ценой, чтобы запустить уцелевшие энергоблоки – стране катастрофически не хватало электричества.
Испытание на мужество
Сегодня в руках у ветерана потемневшая от времени красная книжица с золотой пятиконечной звездой. Это официальная Благодарность участнику ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.
Внутри за подписями командира войсковой части 20040 подполковника С. П. Агишева и заместителя командира по политической части майора В. Г. Бодрягина зафиксирован подвиг рядового Мустапанова Кусаина Даудовича (так в те годы в документах писали ФИО Хусайына Даутулы). В документе, датированном августом 1988 года, отмечено, что он «уверенно прошел испытание на мужество и стойкость» в необычайно сложной обстановке.
Цена подвига: горький диагноз
Вернувшись домой, герои столкнулись с потерей здоровья. Хусайын Мустафа отмечает, что сегодня специализированных госпиталей для ликвидаторов практически не осталось.
— Во всех областях ветеранские спецбольницы закрыли. Осталось всего два госпиталя – в Алматы и Астане, но они превратились, скорее, в курортные санатории, – констатирует председатель. – Курс лечения длится всего 8–9 дней. Глубоких медицинских обследований больше нет. Людям нужно конкретное, серьезное лечение. Чернобыльцы стареют, болезни дают о себе знать, а специфической программы, учитывающей радиационный фактор, до сих пор нет.
Опора в регионе
При всех системных сложностях Хусайын Мустафа подчеркивает: на региональном уровне ветеранов слышат. В области Жетісу работа с активом чернобыльцев ведется в тесном контакте с властями.
— Местные власти, исходя из своих возможностей, делают очень много, – отмечает он. – Благодаря нашему объединению мы находим общий язык с областным, городским и районными акиматами. Это результат человеческих усилий конкретных работников на местах, которые идут нам навстречу. То, чего мы добились здесь, в области Жетісу, – плод нашей совместной работы с местной исполнительной властью.
Ветеран надеется, что в будущем социальная база и медицинское обслуживание для чернобыльцев будут пересмотрены на государственном уровне.
— Главное, чтобы это произошло вовремя, – подытожил Хусайын Мустафа. – С каждым годом наших товарищей становится все меньше, и сегодня наш долг – сохранить память о тех, кто спас мир ценой своего здоровья.
Telegram
Instagram
