Семейная трагедия, вызванная ВИЧ, учит беречь близких, нести ответственность за свое здоровье и открыто говорить о проблеме.
По инициативе Всемирной организации здравоохранения ежегодно в третье воскресенье мая проходит Международный день памяти людей, умерших от СПИДа, и его цель — объединить усилия всего мира в борьбе с глобальной эпидемией, уже унесшей миллионы жизней, повысить уровень осведомленности людей о ВИЧ-инфекции, выразить поддержку тем, кто живет с ВИЧ.
Увы, на сегодняшний день ВИЧ-инфекция остается неизлечимым заболеванием, но достигнутые успехи в лечении, направленном на подавление активности вируса, позволили перевести это заболевание в разряд хронических и тем самым значительно продлить жизнь ВИЧ-инфицированных людей. Но самое главное в личной профилактике ВИЧ-инфекции – это изменение отношения населения к своему здоровью, исключение рискованного образа жизни.
Сегодня у нас необычный материал, за который мы благодарим мужественную и интересную женщину, пятидесятилетнюю Марину Д., решившуюся рассказать о ВИЧ с проекции своей семьи.
— Главный посыл этой решимости, желание сказать людям: «Не думайте, что вас это не коснется, от ВИЧ нет страховки ни у кого, и любая казахстанская семья должна иметь как можно больше информации об этом заболевании», — говорит Марина.
Сама она — невольная участница семейной трагедии, в которой от СПИДа скончался ее брат.
— Марина, а Ваш брат что-то знал о ВИЧ к тому моменту, когда заразился сам?
— Думаю, да, так как это был образованный, начитанный, любознательный человек. И поначалу он принял решение бороться с ВИЧ, так как миру известны факты, когда люди с этим вирусом создавали пары, при медикаментозной поддержке жили десятки лет, рожали здоровых детей, очень успешно занимались наукой и искусством. Но из-за определенных обстоятельств Дмитрий сломался через 8 лет после начала лечения, перестал принимать препараты, следить за здоровьем и умер в мучениях.
— Что его побудило стремительно приблизиться к смерти?
— Наверное, нужно начать с самого начала, ибо история Дмитрия и нашей семьи достойна, думаю, кинематографа. В ней одна трагедия порождает другую, и так несколько раз, задевая судьбы разных людей. Этакий «эффект матрешки» Внутри одной куклы другая, внутри той – третья…
А началось все с того, что тридцать лет назад мама, серьезно приболев, решила рассказать Дмитрию тайну, которой на тот момент владела только она. Оказалось, что Дима – приемный сын в нашей семье. Мама в юности была беременна в законном браке, но малыш ее умер при родах, а как раз в этот же день родила мальчика женщина, не желавшая забирать домой нагулянного ею младенца. И мама приняла решение взять домой этого мальчика. Ее поддержала наша бабушка, на тот момент работавшая в медучреждении, и как живорожденного оформили маленького Диму, а мертворожденного – отказника.
— Обычно такое показывают в сериалах…
— А это наш, семейный сериал. Дмитрию на тот момент было двадцать четыре года. Мама ожидала, что он отнесется к новости спокойно, ведь вырос уже, и все мы его очень любим. Но брат чуть не сошел с ума: он не спал ночами, думая о чем-то своем, подолгу рассматривал фотографии из семейного альбома. Спрашивал начавшую вдруг поправляться, несмотря на то, что диагноз давал мало шансов, маму, зачем ей вообще нужно было все это говорить. Молчала двадцать с лишним лет, ну и молчала бы дальше. В конце концов, брат заявил, что уезжает жить в другой город, потому что не хочет ходить по улицам нашего родного городка, зная, что, возможно, по ним ходит и женщина, бросившая его новорожденного. И Дмитрий уехал далеко и навсегда.
— Он смог устроить свою новую жизнь?
— Да, неожиданно для нас у брата обнаружилась крепкая коммерческая жилка, он арендовал мини-маркет, салон красоты, создал клининговую фирму, управлялся с бизнесом, «рулил» десятками работников. Всего два года прожив в съемном жилье, он затем купил три однокомнатных квартиры подряд, как говорится, сделал вложения. Женился на швее, открыл для жены небольшое ателье, приглашал нас в гости посмотреть на его жизнь. Мы приезжали часто, но ненадолго. Чувствовалось, что Дмитрий уже не тот и слишком многое в нем поменялось. А потом он перестал общаться.
— Случилось что-то из ряда вон выходящее?
— Дмитрию захотелось узнать, какого он роду-племени на самом деле, какой национальности его генетические родители? И он пошел… к гадалке. Та ему наговорила, что он сын выходцев с Таджикистана или Ирана. И брат ушел в себя. Сначала. Затем он стал искать знакомств «со своими», у него появилась какая-то сомнительная компания, которая его подсадила на иглу. Жена Татьяна с Дмитрием развелась, как только заметила, что он наркоманит. Далее, это мы знаем с ее же, Татьяниных слов, под откос у него пошел бизнес. Он закрыл все фирмы, год примерно бездельничал. Но жить на что-то надо было, и Дмитрий через рекрутинговую фирму договорился о работе вахтой за Полярным кругом. Для трудоустройства требовались медсправки, в том числе о ВИЧ-статусе. Так брат узнал, что у него вирус иммунодефицита человека.
— Это его изменило?
— Трудно здесь что-то сказать. Дмитрий то старательно лечился в СПИД-центре, то уходил в секту, то путешествовал автостопом, чтобы успеть увидеть мир. А умер он в тюрьме, куда попал за распространение наркотиков. Его бывшая супруга рассказывала, что в интернете он нашел фирму, которая обещала остановить развитие вируса больным с положительным ВИЧ-статусом какими-то препаратами из хрящей рыб и трав, и эти лекарства очень дорого стоили. Мы предполагаем, что наркоторговлей брат занялся, чтобы заработать на них деньги. Смерть Димы стала жестоким уроком для всей нашей семьи. Берегите близких! Не делайте им больно, помогайте тогда, когда помощь, действительно, очень нужна. Мы обычная скромная казахстанская семья, в которой до истории с Дмитрием не было трагедий. И, кстати, никто из нас не имел достаточно информации о ВИЧ, пока это не случилось с братом. Сейчас мы знаем о нем, казалось бы, все. Жизнь заставила поинтересоваться…
Помните! Инфицироваться вирусом иммунодефицита человека может каждый, независимо от пола, возраста, национальности, сексуальной ориентации, материального достатка или принадлежности к какой-либо социальной группе. Избегая рискованного поведения, каждый человек играет решающую роль в борьбе с эпидемией ВИЧ-инфекции, преграждая ей путь.
Марьяна КАСИМОВА.
