Хочу рассказать историю, которую часто вспоминаю уже двадцать с лишним лет. А дело в том, что я большая любительница смотреть сериалы.
Сериал «Санта-Барбара» я начала смотреть 18-летней студенткой педучилища в январе 1992 года, а когда в свет выходили финальные серии, я была уже замужней гражданкой, преподававшей первоклассникам в средней школе. Сейчас уже подробно не помню, о чем были эти две тысячи серий, просмотренные за десять лет (Санта-Барбару «докатали» в 2002-м весной), но с этим сериалом в нашей семье связана веселенькая история, какую нарочно не придумаешь.
Итак, смотрим с мужем очередную серию. На экране сцена примирения Софии и Сиси Кэпвеллов, на которую мы так надеялись предыдущие триста серий. Я восхищенно рыдаю, сморкаюсь в платочек, и тут вспоминаю, что у меня на плите уже как полчаса допревает борщ, и если огонь под кастрюлей не потушить, то еще минут через пятнадцать он превратится в пюре. Мне отрывать глаз от чужой любви не хочется, тем более, вставать с дивана, и я говорю мужу:
— Там чайник закипел, выключи и завари.
Хитрость была в том, что никакого чайника на плиту никто не ставил, но расчет был на то, что муж, придя на кухню, как раз это и заметит, крикнет мне оттуда, что я что-то попутала, и я тогда попрошу его выключить борщ, раз уж он оторвался от киносеанса. А надо сказать, что муж у меня заядлый чаевник, и просто попроси я его в разгар сериальных событий выключить борщ, он и ухом не повел бы, но кипятить, заваривать и разливать густой чай с молоком, водрузив чайник и заварник на журнальный столик у телевизора, была его прерогатива. Вот он на кухню и пошел.
Повозился там минуту, пришел обратно в зал и сел досматривать «Санта-Барбару». А как досмотрел серию, спросил:
— Дорогая, что у нас на ужин?
— Борщ, — пожала плечами я и пошла накрывать на стол.
Достаю тарелки, открываю кастрюлю с борщом, а он странного цвета. Оказалось, муж, увлеченный сериалом, придя на кухню и увидев на плите кипящую емкость, машинально насыпал в нее заварки и погасил огонь. Когда я развела скандал по поводу, что же мы теперь будем есть, он пробормотал:
— Ну, ты же меня послала чай заварить…
Хорошо, что я его не попросила тогда мяса отбить или орехов грецких поколоть, уж в такой-то «мыльно-оперной» прострации он точно бы остался без пальцев.
Ангелина ИЗОТОВА.
